Александр Никонов - цитаты из книг автора

На кону стоит Цивилизация. Либо разум заколотит последний гвоздь в гроб социал-феминизма, либо социал-феминизм уничтожит Цивилизацию — вместе с собой, как безмозглые микробы, которые убивают своего носителя и подыхают сами. Третьего не дано.

-1
4
3

Иногда мне кажется, что феминизм — самоедство западного общества. Когда обществу нечем заняться, оно начинает дурью маяться. Социальный организм от биологического принципиально не отличается. Ему тоже нужна борьба. Если нет внешнего врага, национальный организм может объединиться в борьбе с внутренним. Одно такое «возвращение на землю» состоялось 11 сентября, когда два Боинга протаранили башни Всемирного торгового центра. В восприятии рядового американца обрушение двух зданий в городе стало фактом военного «нападения на Америку». Нация оцепенела. И вот тогда мерзкая гидра феминизма чуть-чуть вздрогнула. Чуть-чуть как бы даже и съежилась. Едва-едва. Но заметно. Потому что на передовой – в битве с огнем на руинах торгового центра среди пожарников почему-то не оказалось всех этих «угнетенных» — ни женщин, ни негров, ни хотя бы китайцев для разнообразия. Спасали рушащееся здание цивилизации только те, кто его строил… Белые-Мужчины-Католики.

0
2
2

На протяжении всей истории мужчины и женщины в обществе были необходимы друг другу так же, как гайка болту, а болт — гайке. У каждого — своя задача, свои функции… Все это было справедливо до тех пор, пока семья была хозяйственной ячейкой общества. Но парадокс новейшего времени состоит в том, что последние два-три поколения землян живут в условиях, совершенно отличных от тех, в которых жили сотни поколений до них. Уровень развития технологий ныне таков, что семья перестала быть хозяйственной ячейкой. Отсюда и феминизмы всякие…

-2
2
0

Ученые, военачальники, мореплаватели, изобретатели, великие шахматисты, великие кулинары наконец, – практически все они были мужчинами. Это — реальность. Феминистки могут как угодно заковыристо объяснять реальность, но им нечего противопоставить реальности. Их возражения похожи на лепетание двоечника о том, почему он не выучил урок. У него всегда масса уважительных причин. Но факт остается фактом: он — не сделал. А кто-то — сделал. И пусть этот кто-то – плохой. Пусть он неправильный. Угнетатель. Насильник. Эксплуататор женского организма, который если бы не эксплуатировал, то женщины уж конечно показали бы всем на свете, как надо америки и юпитеры открывать! Уж они бы и не такое открыли! Они бы не хуже смогли! Они бы такое сотворили, если бы им не мешали эти строители Цивилизации! Но они не сотворили. Все их потуги так и остались в сослагательном наклонении. И даже стульчак унитаза, из-за которого неразумные бабы устраивают истерики, есть не что иное, как подарок мужчины. Камилла Палья, даром что феминистка, это прекрасно понимает. И отдает должное тем, кому его стоит отдать: «Когда я пересекаю… любой из крупнейших мостов Америки, я думаю: мужчины построили это! Строительство — великая мужская поэзия». … Не только мосты, Камилла…

-3
4
1

Феминистки с упорством маньяка повторяют сказку про то, что «на самом деле» способности-то мужчин и женщин равные, но жизнь-де сложилась так, что пришлось им кухарить, а мужикам плыть на каравеллах. (Между прочим, женщина на корабле — несчастливая примета, поэтому коками на каравеллах были тоже мужчины — прекрасно стояли у плиты. И открывали америки. Не мешала им кухня отчего-то. А бабам отчего-то мешала. Как плохому танцору — сами знаете что…)

-1
2
1

В конце концов, безголовой природе наплевать на всяческие придуманные феминистками теории заговора, она рациональна и всякий её солдат естественным отбором определен на то место, к коему больше приспособлен. Лишь в последние 100-150 лет женщины стали отходить от плиты и приходить в большую жизнь. Потому что они всегда опаздывают, ибо находятся на шаг сзади — за спиной мужчин. Признавать такое женщинам обидно. И мне по-человечески это понятно. Обидно, согласен. Как обидно родившемуся с ДЦП быть не таким, как все. Как слепому горько, что он слеп… Но это еще не повод, чтобы создавать политическое движение слепых с целью всем остальным выколоть глаза — для равноправия. Это даже не повод требовать ради «равных возможностей» посадить слепых за штурвалы пассажирских самолетов. Слепые это понимают. Феминистки — нет. Они в тысячный раз начинают лепетать про свою теорию всемирного заговора. Про то, что более сильные и свирепые мужчины заставили женщин сидеть с детьми и придумали такую систему воспитания, при которой девочки становятся феминными, а мальчики — маскулинными. Чтобы самим ходить развлекаться на охоту.

-2
3
1

Непредвзятая статистика показывает, что абсолютное большинство нации учится насилию от женщин: 82 % граждан США впервые в жизни столкнулись с насилием, которое было направлено на них со стороны матери, а не отца. И это еще не все! Выяснилось, что женщины вообще не могут адекватно воспитывать детей — без присмотра мужчин они просто растят из своих чад преступников: у детей из неполных семей (воспитанных одной мамой) вероятность сесть в зрелом возрасте в тюрьму в 8 раз выше, чем у детей из полных семей! Восемьдесят процентов всех сегодняшних преступников США — бывшая безотцовщина. И это при том, что в годы, когда эти преступники были детьми, неполных семей в США было всего 25 % от общего числа. То есть четверть семей поставляют 80 % всех уголовников страны. Сейчас число неполных семей растет лавинообразно, а суды практически всегда оставляют детей маме, а не отцу. Какой вал преступности захлестнет страну через 10-15 лет, можно только догадываться.

-2
2
0

Демократия – вещь хорошая. Тут главное, опять-таки, чтобы передоза не было. Западные державы вводили свои демократии постепенно, чтобы не захлебнуться.
К XVIII веку Англия стала самой передовой страной мира только потому, что там имелась самая прогрессивная модель общественного устройства — либерализм. А именно: были законодательно гарантированы индивидуальные свободы — личности и собственности… В качестве гарантий этих свобод выступал независимый от правительства суд. А еще существовал принимавший законы парламент и власть короля была ограничена. Но была ли в Англии демократия? Не было! Правом голоса обладали меньше 2 % взрослого населения, и только к концу XIX века число голосующих достигло аж 12 %!..

-1
1
0

… я не утверждаю, что феминистическая революция в умах непременно закончится кровью на площадях: сейчас это кажется смешным и невозможным. Как когда-то Иисусу Христу, его сторонникам и его гонителям показались бы невозможными идеологические судилища именем Христа, казни именем Христа, войны именем Христа… Есть же, в конце концов, опыт инквизиции, есть опыт Великой французской и Великой русской революций, есть опыт идеологических практик фашизма, есть опыт Пол Пота, есть опыт маккартизма, есть опыт Северной Кореи, афганского Талибана… Разные страны – дикие и цивилизованные — давали человечеству впечатляющие уроки национальных сумасшествий. Повторенье — мать ученья. Будем считать, что на сотый раз урок усвоен? Хотя судя по тому, что сейчас творится в США и некоторых странах Европы, я бы этого не сказал…

-3
3
0

Идеи французских просветителей сначала превращаются в красивый лозунг «Свобода, равенство и братство», а затем — в кровавую баню.
Толстенный том экономической работы о прибавочной стоимости сначала превращается в «Грабь награбленное», а потом закономерно перетекает в террор и концлагеря.
Непротивление злу насилием, требование возлюбить своих врагов и подставить бьющему вторую щеку (казалось бы, уж куда пацифичней!) полыхает по Европе кострами инквизиции.
Стремление донести до сограждан прекрасную истину — для их же пользы!  — всегда заканчивается одинаково печально для тех, кому её несут.
Лозунг феминизма о равноправии тоже слишком красив и справедлив, чтобы крови не пролиться. Или маразму не случиться…

-2
3
1

Нет ничего страшнее людей идейных, искренне верующих. Идейность, помноженная на необразованность,  — нитроглецерин истории. И здесь я просто не могу не повторить Губермана:
Возглавляя партии и классы,
Лидеры вовек не брали в толк,
Что идея, брошенная в массы, —
Это девка, брошенная в полк…
Распространяясь на умы, сложная теория всегда редуцируется до примитивного лозунга. Профанируется. Собственно говоря, смысловая редукция — это плата за широту охвата. Теория полностью выхолащивается, атрофируется, зато миллионные армии сторонников готовы идти в бой. И проливаются кровь и слезы…

0
1
1

… Итак, Засулич Вера Ивановна 1849 г. р., рецидивистка, судом присяжных была полностью оправдана. Отстреливать яйца градоначальникам стало можно.
И маховик потихонечку начал раскручиваться. В течение следующей четверти века убиты 24 начальника тюрем, 26 приставов, 26 агентов охранных отделений, 15 полковников, 7 генералов, 16 градоначальников, 33 губернатора и вице-губернатора, 2 министра внутренних дел, 1 министр просвещения, 1 великий князь. Ну и немерено городовых, офицеров, солдат, случайных прохожих – кто их считать будет? Плюс некоторое количество генералов, убитых по ошибке… В самом начале XX века в Пензе вместо жандармского генерала случайно грохнули генерала Лисовского. В Петергофе вместо одного генерала убивают другого — Козлова. В Киеве вместо жандарма Новицкого пырнули ножом случайного армейского генерала. А все равно хорошо — генералы же… Страна ввалилась в следующий век на маховике террора. И даже не думала останавливаться.

-1
1
0

Так же как когда-то прекраснодушные русские народовольцы шли в народ, совершенно не зная его нужд, так сегодня феминизированная американская интеллигенция упрямо пытается донести до обычных женщин, какими они должны быть и как именно обязаны себя вести в свете новых идей. И не дай бог какому-нибудь должностному лицу в Америке пойти наперекор новым политическим веяниям, руководствуясь здравым смыслом, – сожрут, уберут, затравят, уволят с волчьим билетом.

-2
2
0

Обычная «серая мышка». Одетая в серый длинный бурнус с фестонами (убей меня Бог, не знаю, что это такое, но так девушку описывают современники), с серыми глазами и бледно-серым некрасивым лицом. Войдя к генералу, мышка достала револьвер и шарахнула в Трепова. Её настоящее имя, как вы уже поняли, Вера Засулич. Она действительно была по образованию учительницей. На момент совершения преступления ей стукнуло 27 лет, и она никогда не была замужем. По той эпохе — старая дева. Даже очень старая. К моменту покушения Засулич была уже рецидивисткой — успела и отсидеть, и в ссылке чалилась: боролась девушка за революционные идеи. Кстати, обратите внимание не только на её «стародевство», но и на партийные клички Засулич — Старшая сестра, Тётка… Решению окружного суда рукоплескали купцы, дворяне, банкиры, писатели, журналисты, студенты, преподаватели, фабриканты… Даже лицейский друг Пушкина — старенький князь Горчаков радовался решению суда, как ребенок. «Это похоже на предвозвестие революции»,  — писал Лев Толстой, зеркало наше… Вся «умственная прослойка» нации была о ту пору поражена вирусом революционности. Вот как характеризовал эту прослойку министр внутренних дел Плеве: «Русская интеллигенция имеет одну… особенность: она принципиально и притом восторженно воспринимает всякую идею, всякий факт, даже слух, направленные к дискредитации… власти».

-2
2
0